Август нежно на скрипке играл,
С сентябрём он прощался и летом.
Я взглянул в уходящую даль,
Свою песнь, напевая при этом.
Я увидел, летит стая птиц,
Уходя в свой поход нежно-синий.
Но один чуть отстал от своих,
Август нежно на скрипке играл,
С сентябрём он прощался и летом.
Я взглянул в уходящую даль,
Свою песнь, напевая при этом.
Я увидел, летит стая птиц,
Уходя в свой поход нежно-синий.
Но один чуть отстал от своих,
На крыло он прихрамывал сильно.
«Подождите меня, журавли!» –
С каждым взмахом крыла он просил.
Сильный слабого, вряд ли поймёт,
А догнать их уж не было сил.
«Вы постойте чуть-чуть, журавли!
Разрешите проститься, лишь, с вами»
Уходящий клин, вдаль, быстрых птиц,
Отвечал ему: «Слабый – не с нами»
И они уж исчезли давно,
Не сказавши ему: «До свидания»
Камнем, бросившись вниз, до земли,
Свою песнь он запел, на прощание.
Я увидел ещё, в след за ним,
Птица гордая вниз полетела.
Без него жить она не смогла –
За любовью, на смерть, пошла смело.
«Подождите меня, журавли!» –
С каждым взмахом крыла он просил.
Сильный слабого, вряд ли поймёт,
А догнать их уж не было сил.
«Вы постойте чуть-чуть, журавли!
Разрешите проститься, лишь, с вами»
Уходящий клин, вдаль, быстрых птиц,
Отвечал ему...
«Подождите меня, журавли!» –
С каждым взмахом крыла он просил.
Сильный слабого, вряд ли поймёт,
А догнать их уж не было сил.
«Вы постойте чуть-чуть, журавли!
Разрешите проститься, лишь, с вами»
Уходящий клин, вдаль, быстрых птиц,
Отвечал ему: «Слабый – не с нами»
